1. Хороший учитель проясняет свои идеи и утверждается в них, обучая им. В процессе обучения учитель и ученик уподоблены друг другу. Они находятся в одном порядке познания, и если они не разделяют свой урок, то неоткуда прийти и убежденности. Хороший учитель должен не только верить в свои идеи, но и удовлетворять еще одному условию: верить в ученика, которого он обучает своим идеям.
2. Многие стоят на страже своих идей, ибо желают сохранить свою систему мышления неизменной, а обучение означает перемену. Перемена всегда путает разделенных из–за их неспособности увидеть в ней движение от разделения к исцелению. Они всегда воспринимают ее шагом к дальнейшему разделению, поскольку разделение было их первым опытом перемен. Ты веришь, что ограждая свое эго от перемен, найдешь покой. Подобная глубокая путаница возможна лишь в том случае, если ты утверждаешь, что одна система мышления может покоиться на двух фундаментах. Ничто от эго не достигает духа, ничто от духа не в состоянии коснуться эго. Дух не способен ни усилить эго, ни погасить конфликт внутри него. Эго — это противоречие. Твоё я и Божье Я — в противоречии. Диаметрально противоположны их начала, их направления и их исход. Они непримиримы в своей основе, ведь дух не воспринимает, а эго не может знать. И, следовательно, между ними нет и не может быть общения. Но, тем не менее, эго способно к обучению, хотя его создателю присуще заблуждаться. Однако ему не сделать полностью безжизненным то, в чем жизнь есть данность.
3. Дух не нуждается в обучении, для эго же оно необходимо. Обучение воспринимается со страхом, ибо оно, в конечном счете, приводит к отказу от эго, а не к уничтожению его, к свету духовному. Подобной перемены эго боится, ибо оно не разделяет моего милосердия. Мой урок был подобен твоему, и поскольку я выучил его, то ныне могу ему учить. Я никогда не нападу на твое эго, но постараюсь разъяснить тебе, как зародилась его система мышления. Когда же я напоминаю тебе о твоем истинном сотворении, эго твое реагирует не иначе, как со страхом.
4. Учась и обучая, ты нынче обретаешь большую силу, ибо то и другое наделяет тебя способностью менять строй своих мыслей и в том же самом помогать другим. Отказом изменить свой образ мыслей не доказать, что разделения не было. Сновидец, усомнившийся во сне в реальности своего сна, не исцеляет расщепления в разуме. Ты видишь сон о разобщенном эго и веришь в мир, что зиждется на нем. Мир этот для тебя вполне реален. Не изменив мировоззрение, его не упразднить. Если ты добровольно отречешься от роли стража своей мыслительной системы и предоставишь ее мне, я очень бережно ее исправлю и поведу тебя обратно к Богу.
5. Каждый хороший учитель стремится передать своим ученикам столько из постигнутого им самим, чтобы в один прекрасный день стать им ненужным. Это единственная подлинная цель учителя. Но эго в том не убедить, ибо оно идет наперекор своим же собственным законам. Но помни, что цель законов — обеспечить долговечность той системы, которой предан их создатель. Естественно, что эго, как только создано тобою, будет стремиться защитить себя; но не естественно твое желанье повиноваться его законам, разве что ты в них веришь. Эго подобный выбор недоступен в силу его природы. Тебе же он под силу, благодаря твоей природе.
6. Разные эго могут сталкиваться в какой угодно ситуации, дух же не сталкивается ни с чем. Если в учителе ты видишь просто "большее эго", то будешь его бояться, ибо с увеличением эго растет тревога, связанная с разделением. Я буду обучать тебя и жить с тобою, если ты станешь мыслить вместе со мной; но постоянной моею целью будет твое конечное освобождение от необходимости в учителе. Такая цель противоположна цели учителя, побуждаемого эго. Такой наставник озабочен лишь эффектом, производимым его эго на остальные и, следовательно, он толкует их взаимодействие как средство сохранения эго. Я бы не стал учителем, веруя в это, и ты не станешь преданным учителем, покуда веришь в это. Меня всегда воспринимали как учителя, либо превозносимого, либо отвергаемого, но я не принимаю ни того и ни другого восприятия.